Айра, уже устроившаяся на предложенном стульчике, слушала это ворчание с едва заметной улыбкой. Она знала, что за этим брюзжанием скрывается вовсе не недовольство, а привычка всё контролировать и доводить до ума. И ещё — странная мужская нежность, которую Бэл проявлял именно так: через заботу о том, чтобы ничто не омрачило их покой.
— Холмик, говоришь? — перебила она его размышления, оно же бурчание, по крайней мере ей послышалось про холмик, когда он начал рассуждать о камнях размером с дом. — И как ты себе это представляешь? Мы с тобой заходим внутрь такого валуна, а там — костёр, дымоход, спальня и, наверное, ещё и кладовая для твоих припасов?
Она чуть склонила голову, и в свете разгорающегося костра её глаза блеснули озорством.
— Я, знаешь ли, волшебница, но не чудотворец. Такое разве что гномы скуют за пару лет, да и то за цену половины королевства. ВСё у нас хорошо. Шатра достаточно. Закусок тоже, мы же не на месяц сюда перебрались. А если убьешь какую дичь, то и вовсе закуски не потребуются.
Айра вытянула ноги к огню, с удовольствием ощущая, как тепло пробирается сквозь дорожную усталость. Тишина стояла почти полная — лишь потрескивали дрова да иногда вдалеке ухал филин. Озеро, оставшееся в сотне шагов за деревьями, уже укрылось вечерней дымкой.
— Знаешь, — сказала она негромко, — а ведь в таком маленьком шатре даже уютнее. Я, например, совсем не против слышать твоё дыхание.